интервью с участницей Искренковских чтений 2020

— Открыли ли вы для себя какие-то новые имена на Искренковских чтениях?

— #искренковские_чтения важны, нужны, дают необходимую информацию о творчестве Нины Искренко и возможность высказывания современным поэтессам. Хорошо бы, чтобы эта акция повторилась и закрепилась, как ежегодная. Все, знавшие Нину, хранят и чтут в воспоминаниях её яркий образ. Но время от времени почитать вслух стихи хорошего поэта никогда не лишне. Исполнение стихов разными людьми, тоже своего рода осмысление и жизнь поэтических текстов. Мне понравилось, как выразительно, прочувствованно читала стихотворение Нины Искренко Яна Иртеньева. Хотя сама Нина никогда не подчёркивала эмоции при чтении. Она проговаривала их ровным голосом с нажимом, почти равнодушно, словно нехотя, не повышая голос. Но в этой же манере чувствовался вызов, даже какая-то шпанская манера: ну ты чо, в натуре, не понимаешь? Очень многое тексту давали паузы, довольно насыщенные, даже тяжёлые, нагнетающие, а то и мучительные. Ударения, паузы, оговорки, беспощадная ирония. Но и подростковая ранимость, все мы ранимые.

На чтениях – неизвестная мне поэтесса Стефания Данилова – симпатичная.

Литература в социуме пребывает в режиме убогого равенства дурного вкуса и поэтических изысков. Многими усилиями (всех видов литературного администрирования) культивируется неразличимость. Возможно, такого ещё не было. Вероятно, это естественный процесс. Тем отраднее, что воспрял ото сна такой бунтарский образ поэта, который, казалось бы, вынесло в своё время на волне демократических идеалов, но он сохранил при этом романтическую преданность принципам элитарности в литературе и искусстве. Мутная трясинка графоманского большинства и тогда ополчалась на стихи Нины, отказывая им в принадлежности поэзии. Умельцы замыливания неповторимости и красоты своими напрасными стараниями заставляют пристальнее вглядываться в строки, предаваемые забвению и поруганию. Думаю, сейчас те же «критики» ставят её в пример другим не укладывающимся в рамки их измерительных приборов, незадачливым поэтам, потому что, как ни крути, Нина Искренко теперь претендует на статус признанного авторитета.

Во время чтений мне приятно было узнать, что есть люди, такие как Ольга Бунякина, Любава Малышева и другие энтузиасты, посвятившие немалую часть своего времени и энергии популяризации искренковских текстов и внедрению в информационную среду контентов, посвящённых творчеству Нины. Это благородная миссия. Спасибо вам!

— Какие мероприятия стоило бы провести к 80-летию Нины? Что вы думаете насчет стенда памяти в библиотеке, или даже музейной комнаты (хотя бы временной выставки)? Насколько это реальный проект в современной Москве?

— Стенд памяти в библиотеке? Конечно! А музей уж тогда делать всему клубу «Поэзия», в котором собралась звёздная плеяда поэтов того времени. Мероприятие в честь Нины мне представляется в её стиле: перформансное исполнение стихов. Может быть, даже с театрализацией, с привлечением актёров.

— У вас есть стихи или рассказы, посвященные Нине?

— Посвящённых Нине стихов у меня нет, есть одно, с упоминанием, но не только её имени, а и многих других поэтов клуба «Поэзия». Есть мои воспоминания о клубе «Поэзия», опубликованные на сайте polit.ru.

— Как вы относитесь к музеям, посвященным памяти женщин-гуманисток?

— В музеях, посвящённым женщинам, похоже, не бывала, даже в Цветаевском и Ахматовском. Кажется, посещала из литературных только дом-музей Чехова. Я бы назвала именем поэтессы Ры Никоновой улицу в Ейске и сделала музей Ры Никоновой и Сергея Сигея там же. Не вижу проблемы с музеями, так как не знаю, что и как происходит в музейном мире, наверняка проблемы есть. На мой сторонний взгляд музеи создаются по степени известности человека, а не по принадлежности к тому или иному полу. То, что знаменитых мужчин почему-то больше, это очевидно. Но я всячески поддерживаю движение за женские музеи. Скорее всего, им приходится тяжелее изыскивать средства на создание и поддержание.

— До того как вы переехали в Москву, встречались ли вам женщины, поведение которых не укладывалось в патриархальные рамки. Может быть, учителя, артистки, героини книг.

— Женщина, чей образ запечатлелся и поразил меня в молодости, это Вера Ивановна Кудинова, по профессии логопед, из города Юхнова (впоследствии переехала к мужу в Малоярославец, Калужской области). Именно своей неординарностью, особой гордостью и противостоянием обыденности и общественному мнению. А вот для ролевой модели я всегда выбирала мужские образы. Разве что в раннем детстве я хотела быть похожей на курочку Рябу, утешающую горюющих стариков, которая взяла, да и посулила снести золотое яичко. Это неожиданное решение, видимо, поразило меня.

— Расскажите про современных поэтесс, за творчеством которых вы следите…

— Сказать, чтобы я пристально следила за чьим-либо творчеством нельзя. Так сложилось, что больше всего из женщин-поэтесс после Нины Искренко я общалась с Юлией Скородумовой. И знаю её стихи достаточно хорошо. Кроме того, Юлия – перформансистка, что мне тоже очень близко. Ещё, конечно, Елена Кацюба, это комбинаторика, звучарство, перформанс, визуальная поэзия. Умерла она недавно, поэтому уместно пока называть её современной поэтессой. Татьяна Куцубова, малоизвестная, практически не известная в литературном мейнстриме поэтесса. Мне очень нравятся многие её стихи. Познакомились мы на поэтическом сайте poezia.ru довольно давно. Живёт она в Тарусе. Будучи издательницей журнала «Сентябрь итд», я регулярно публиковала её подборки и читала её стихи на вечерах. В своё время отнесла стихи Татьяны в журнал «Знамя», где они были опубликованы Ольгой Ермолаевой. Мне близки её музыкальная и смысловая работа с языком, внимание к каждому слову, изыски словотворчества, чувство красоты и загадочность, темнота поэтического высказывания. Одно время меня очень интересовало творчество Фаины Гримберг. Очень светлые стихи. Отчаянно откровенные, нежные ни на кого не похожие. Сильный, упрямый, гордый человек. Но мы давно уже не общаемся. Питерская поэтесса и перформер Лариса Березовчук. Сильная фигура в литературной игре. Интеллектуалка, мастер крупных, эпических форм. Мы познакомились на фестивале в Смоленске. Я бывала на её выступлениях в Москве. Отношусь с большим уважением. Совсем другого плана, тоже питерская поэтесса Наташа Романова. Мастер, тонкий стилист. Трэш, кич, стон, кровь, моча, блевотина, «правда жызни». Мне очень нравятся некоторые песни Анны Герасимовой (Умки), это знаковая фигура 80-90х. Филолог, критик, исследователь, литературовед. Ещё мне довелось общаться, но только в сети, с поэтессой Йовиной Блокнайт, пишущей эротические стихи. Она – из самых сильных, пишущих в этом жанре. Я также публиковала некоторые её стихи в своём журнале. Когда-то я сотрудничала с поэтессой, акционисткой Анной Альчук, я приглашала её участвовать в своих акциях, она меня в своих. Помню, например, её проект «ФИГУРЫ ЗАКОНА», когда были сфотографированы обнажённые мужчины, вооружённые фаллическими символами, ножами и кинжалами. Продолжением стал проект «ФИГУРЫ ЗАКОНА II», в котором и я участвовала вместе с художницами и перформансистками. Женщины сами выбирали себе атрибуты. В задачи проекта входило: 1. Дать возможность женщинам максимально выразить себя в экстремальной ситуации (обнажение для многих – экстрим). 2. Противопоставить «эротическому» (объектному) изображению женского тела (которое мы видим в жёлтой прессе, рекламе) изображение женщин как абсолютно самодостаточных и независимых от взгляда Другого, пародируя при этом многие привычные рекламные ходы женской иконографии. 3. Сравнить процесс съёмки в случае мужчин и женщин, чтобы понять существуют ли различия между отношением к своему телу тех и других. На фото моим атрибутом было весло, я изображала поэтессу. И много интересного в моей жизни связано с Наталией Азаровой, в проектах которой я принимала и принимаю активное участие. А именно: в акционной программе салона Наталии Азаровой с тематическими литературными вечерами и концептуальной кулинарией. Наталия привлекла меня к активной переводческой деятельности: с китайского Ду Фу и современных китайских поэтов, переводам современной испанской поэзии.

— Разделяете ли вы тексты по жанрам или же для вас творчество каждого литератора — это неразрывная ткань?

— Ткань-то она неразрывная, коли автор один. Но различать можно. Смотря какие цели преследуешь. В одном ракурсе видишь целое, то, что объединяет все эти тексты. С другого ракурса мигают звёзды частностей и специальных тем и форм. И то и другое интересно и необходимо. Особенно сильно я это чувствую на себе, поскольку поэтическое моё разнообразно и далеко не всегда совместимо в одной книге.

— Чувствуете ли вы различие между личной и политической жизнью?

Вот вроде бы чувствую различие. А глядь, — литературная-то жизнь – копия политической. Мне было дискомфортно при коммунистах, тогда я придерживалась диссидентских взглядов. А когда прогнали их вон, мне легко дышаться стало, никто не заставляет лгать, перестала бояться, что меня будут преследовать за «тунеядство» и так далее. Можно сказать, я стала конформистом. В литературе тоже есть своя власть, чиновники, зависимые от них литераторы. Ведь их кто-то должен печатать, книги издавать, премии им вручать, всякие блага и почести устраивать, заботиться, в общем. И как в любой другой иерархической структуре процветает подхалимаж, бюрократия, чиновный гонор, карьеризм, подковёрная возня, цензура. Вот здесь я скорее чувствую себя нонконформистом. Но революции устраивать для каких-то новых функционеров меня не заманишь. Я придерживаюсь собственного честного поведения, и занятия любимым делом. Кто хочет властвовать, тот борется за власть. А власть идеальной не бывает. Сейчас очень много эффективных способов манипулировать общественным сознанием. Мне хотелось бы ещё многое сделать в литературе и искусстве, прежде чем покинуть этот мир. Поэтому политику оставляю желающим.

— Вопрос о зарубежных поэтессах: делаете ли переводы, интересуетесь ли кем-то?

— Волею судеб мне довелось участвовать в некоторых переводческих проектах, где я переводила стихи современных китайских поэтесс И-Лэй и Цун Жун, а также довольно много стихов перевела латиноамериканки Марисы Персико, живущей в Риме, а родом она из Аргентины. Безусловно, это интересно. Переводческая деятельность, связанные с этим проблемы, взаимодействие языков – моя стихия.

О Марисе Персико: преподает испанский язык и литературу в университетах Мачераты и Университете Гульельмо Маркони (Рим). Была приглашенным профессором в Крагуеваце, Софии, Лионе и Оксфорде. Участник поэтических фестивалей, редактор выходящего в Риме поэтического журнала «Тетради гиппогрифа» (Cuadernos del hipogrifo).

— Расскажите о ваших книгах.

— Разноцветные проказники, 1992;
Песни ученика, 1994, Издательская квартира Андрея Белашкина;
Моё путешествие на Восток,1996, проза, иллюстрации автора;
Это – любовь, 2002, ВРС, (псевдоним Левита Вакст), проза;
Книга называется, 2007, Культурная революция;
Безнравственные коллизии и аморальные пассажи, 2009, Тольятти, альманах Майские чтения, Литературное агенство В. Смирнова;
Один цветок, 2010, Таганрог: Нюанс, 32 полосы;
Случаи из жизни, 2011, Таганрог: Нюанс, 32 полосы;
this is visual poetry by Sveta Litvak, 2011, chapbookpublisher, Kingston, USA;
Русский мальчик бегает, 2015, ИД «Вручную»;
Фегны, Таганрог: Нюанс, 2015, совместно с Н.Байтовым;
Гнев и похоть, 2016, Москва, Издательский дом Л.И. Мудищева, рисунки Нестора Поварнина;
ХУНЫ ЗДЕС, 2016, Чебоксары, Free Poetry, художник Игорь Улангин;
Вновь полон сад, 2017, Москва, ИД «Вручную»;
АГЫНСТР, 2020, Москва, Вест-Консалтинг;

КНИГА НАЗЫВАЕТСЯ; ГНЕВ И ПОХОТЬ; АГЫНСТР можно купить в Москве, в книжном магазине «Фаланстер», Тверская ул., 17, или почтой falanster.su

АГЫНСТР есть в виртуальной библиотеке Московского женского музея pdf

10 ШАГОВ, ЧТОБЫ РАССТАТЬСЯ С ЛЮБИМЫМ

1.
Как уйти, какой походкой, это важно:
Вразвалочку, решительно, грациозно
Бегом, едва ступая, пританцовывая
Солдатским маршем, вызывающе, никакой
Лучше исчезнуть незаметно, ходя по выставке
Обсуждая картины, встречаясь и расходясь
Когда он присядет на кресло, исподтишка на тебя поглядывая
Уходить от картины к картине, потом – в фойе
В гардероб, на улицу и в метро
Только тогда позвонит, опомнится: где ты?
Сбежала да?
Я ушла. Посмотрела выставку и ушла.

2.
Найти замену, какое-нибудь увлечение
Самое правильное для меня – купить мопед
Любовь к мопеду похожа на чувства к любовнику
С ним сливаешься, он несёт на себе верхом
Бережёт, управляем, но можете вместе грохнуться
Ушибиться, искалечиться, умереть
Постепенно разбираться в его конструкции
Отчего неполадки, как отрегулировать, как завести
Приходить на свидания на стоянку
Где он непременно ждёт тебя, если не увели
Улыбаться от счастья, не верить глазам своим
Прикасаться, гладить, обнимать, целовать.

3.
Конечно, уехать, путешествовать
Но нет денег и некуда
Признаться: хочу сбежать из пустой Москвы
И услышать в ответ заботливое
Да, это правильное решение
Тебе действительно нужно уехать
Есть фрукты, купаться, нюхать цветы
Никуда не уехать назло
Быть рядом, в пределах досягаемости
Назначать встречи, пока это возможно
Потом больше не назначать
Хорошо бы уехать… весь город заполнен знаками
Ловушками, заикалочками, местами икс

4.
Ждать, расслабиться, плыть по течению
Время лечит, так все говорят
Ничего не стараться исправить
Не просить прощения
Раствориться в воздухе, пропасть
Не отвечать на письма
На редкие знаки внимания
Самое главное – постараться не вспоминать
Как встречал после йоги
Как много курил и хмурился
Как швырял и вылизывал
Как статьи о тебе писал

5.
Но настойчиво вызывать в памяти
Все обиды, разбитую голову, моральный ущерб
Клевету, издевательства, оскорбительные определения
Месть, измену, враньё, блеф
Как скрывал от друзей, морочил им голову
Как умел оттолкнуть в самый нежный момент
Как не сразу брал трубку
Звонил с пьяных оргий
Давал слушать визг девичий
Дёргал за капюшон
С днём рождения не поздравлял
Перестал покупать подарки
В археологические экспедиции не брал

6.
Ну, конечно же, секс
Со старым и новым любовником
Завести роман с тем
К кому столько лет напрасно он ревновал
Сделать то, что делала только с ним и то один лишь раз
Поцелуи, объятья, свидания, те же кафе, те же столики
Новый опыт, отработка известного, промахи
Мне это советовал и психиатр
Главное, не делать паузы, чтобы опомниться
Вспомнить, что с ним было лучше
Это самообман
Почувствовать боль новых обид и чужого холода

7.
Наконец, задеть его мужское достоинство
Внешность, ум, физические изъяны, садизм
Пустить в ход весь яд, не задумываясь о последствиях
Ты, конечно же, пожалеешь
Но через час
Не простит никогда, ни за что не забудет
Найдёт цитату о важности соблюдения принципов
Станет совсем недоступен, но не уверен в себе
Замыслит расправу лютую
Не жалей ни о чём
Доведённая до такого дикого ужаса
Ты обречена на ответный удар

8.
Возьми его фотографию
Пририсуй гусарские усы
Заячьи уши
Алым выкраси нос
Зачеркай оранжевым волосы от души
Ярким румянцем укрась скулы аскета
Чёрные губы, ярко жёлтые очки
То ли клоунские, то ли мефистофельские
Скомкай, расправь, улыбнись
Он не оценит, не то чувство юмора
Брось под ноги прохожим
Отойди, отвернись

9.
Заведи в фейсбуке своего двойника
Другое имя, фото привлекательной девушки
Ты знаешь его слабые места, влюби в себя
У тебя получится, уже получается
Вот он пишет о возможности встреч
О том, что скучает, когда она помалкивает
Как он остро реагирует на её – привет
Это больно, но ты снова властвуешь
Хвали высоко ценимое им кино
Цитируй его любимых авторов
Приди, когда он, волнуясь, будет ждать в метро
Это будет сильный удар по самолюбию

10.
Проанализируй его поведение за последние десять лет
Посочувствуй, попеняй, рассердись
Только сейчас понятно, что он имел в виду
Отчего нёс непотребный бред
С удивлением оглядывайся теперь на эту свою жизнь
Как съезжал с катушек, как затягивался тобой в последний раз
Как приезжал в первый раз не тобой, а в парикмахерской стриженый
Обнаружь систему запретов на разные проявления любви
Почувствуй себя униженной
Он бросал тебя строго по расписанию
Точно по рекомендациям книжки Аллена Карра
10 шагов – «Лёгкий способ бросить курить».

2013

*
мы встретились в театре на Таганке
жестокая и гордая ты шла
умотанная питерским запоем
с хорошенькой чудачкой Наилёй
(не шла с ней, а пила с ней накануне)
а мне сегодня вечером (ага!)
вдруг позвонила старая подружка
[вернее молодая, симпатичная такая
певица*, написавшая когда-то
музыку к моим стихам, с успехом
исполнявшая её не раз на вечерах
чудесный голос, довольно сексуально
окрашенный, /free-jazz/
мы с девушкой не виделись полгода]
и предложила на спектакль пойти
сегодня вместе, пьесу Виктюка
играли на Таганке (для приезжих)
с чудовищным названием «Любовь»
звучащим в унисон с обложкой книжки
«Это – любовь», что вышла в сентябре
près de «Улицы красных фонарей»

Я шла тебе навстречу вместе с Таней
(рот чувственный, каштановые пряди
большие с поволокою глаза)
сначала ты заметила Татьяну
по-журналистски быстро оглядела
остановилась, взгляд перевела
и посмотрела на мои косички
и улыбнулась, взгляд перевела
на тёмно-голубой красивый джемпер
любимый твой, который я топтала
ногами в Вильнюсе, на ледяных ступеньках
у выхода из солнечной мансарды**
и волочила по асфальту за Йонасом
и за тобой к французскому кафе
где поливала горькими слезами
суп луковый и запивала граппой
склонясь над стилизованным столом
под швейную машинку «зингер»
ту самую, которую потом
я отнесла в редакцию журнала
и Ольга Ермолаева её
вшивала в номер, подрубая край
торчащий из готовенькой подборки
так вот зачем приехала в Москву
изменница коварная, не ставя
меня в известность – и теперь стоим
друг против друга как на поединке
какой Виктюк, какая тут «любовь»
я обнимаю милую Татьяну
и увожу обратно в гардероб

теперь пишу украдкой на обрывках
бумаги в клетку в пьяном кураже
все жрут на дне рождении у Гоги
направо – Перцов с рыжей бородой
налево – Байтов, Гога, Бич, Серёжа
Блезе и Саша Красный, Люба, Вова
и Лиля, скоро будут приставать
пока меня не затащили в ванну
успею вспомнить, как позавчера
стилист tattoo-ировщик Миша Бакстер
нам приготовил вкусный торт из смальца
и водку пили каждый день с тех пор
как умер Игорь****, так уж получалось
сплошные дни рождения и съезды
по сильной пьяни выйдя в интернет*****
я заливала жгучими слезами
клавиатуру и рыдала над
хвастливым сообщеньем Ямаковой******
на следующий день после спектакля
тогда как ты ещё была в Москве

и съехались ко мне палиндромисты
и съехались ко мне минималисты
концептуалисты и антиглобалисты
чтоб вместе утешать и выпивать
исписанная в клеточку тетрадь
была готова выплеснуть наружу
прямую лирику в расставленную сеть
и девушка созрела после бала
и вешалась и вешалась на сайте
как в том педерастическом спектакле
где эта элта… элтан… – Руки прочь!
мне скажут поэтессы Воронцова и Юрьева:
«имеет много сложностей процесс
знакомства гениальных поэтесс»*******
тогда я и пожму больную руку
одной из них, и губы подожмёт
её двойник… P.S.: поскольку Света
в тот вечер отказалась от билета


*с которой свёл меня Серёжа Летов
Егора старший брат, саксофонист

***в литовскую жару, – ты испугалась***

***ты испугалась, как бы не замёрзла
московская крутая поэтесса

****Игорь Соловьёв, художник (апрель 1960 – ноябрь 2002)

***** «загляну я в интернет
мне нигде покоя нет»
Иван Ахметьев

******и плакал Байтов, глядя на меня

*******цитировала Элтанг, полулёжа
в лиловой комбинации в шезлонге
над озером, где «свет ненужный с ветки
свисает на ковром покрытый корт»

*
освобождение от этого кошмара никак не наступит
простая ковровская девчонка, которую любовь погубит
с рабским инстинктом, вынуждающим её идти по жизни
в обычной московской коммуналке растившая дочь и сына
в бессонных страхах систематически разрушая свое тело
рутину превозмогла, выжила и преуспела
а что такого? не глупа ни разу
захотела иметь двух любовников сразу
и что дальше? в придачу к прежним ошибкам
зверски избита, а затем подвергнута многодневным пыткам
любовники угрожали и возвращались обратно
страх, что жизнь без них никогда не будет столь же приятной
страх почувствовать себя обделённой
делали её в делах любви весьма искушённой
и только когда один из них её бросит
простая девчонка наивно так спросит
зачем мне сдался ещё и хуй археолога
как я могла терпеть всё это так долго?
я бы не то рисовала и пела другие песни
если б вовремя излечилась от этой ужасной болезни
во всём виноват переизбыток ласки женской
это понимание послужит ей дополнительной поддержкой
ловушка устроена так хитроумно
что, пристрастившись к сексу, бросить любовника становится очень трудно
он же, издеваясь, развлекается и только
по-садистки наслаждаясь не сопротивлением и болью
что ужаснее всего, такую жизнь ты сама себе выбираешь
открываешь свои слабые места, а противника до зубов вооружаешь
и, себе, разумный и во всех других отношениях адекватный
человек стал способен лишь на крики и просьбы: прекрати, хватит
лишь когда невыносимые мучения приведут к потере здоровья
нас в очередной раз заставят почувствовать себя прокаженными
самовлюблённый герой настолько уверен в себе и своей правоте
что его не заботят нормы, правила и законы
жертва чувствует, что без него лишается удовольствия и опоры
что сделала эта девчонка? в чем она виновата?
она лежит на полу, в полной власти истязателя и изврата
а когда, наигравшись, он её, наконец, отпускает
появляется это тревожное ощущение опустошенности, чувство, что чего-то не хватает
человек становится нервным, неуверенным, возбужденным
жажда этого яда похожа на острый голод
начинаешь испытывать недостаток доверия к миру
подставляя охотно горло своему возлюбленному вампиру
по своей глупости ты попала в зловещую западню
и хотя сердечко трепещет от страха перед каждым прыжком
знай: это оковы длиною в жизнь, если ты не разорвёшь их
то взрастишь ещё большую ненависть жестоких и злых
но все же прыгай, растопыривай крылышки и лети, лети
хотя на новом месте могут поджидать более страшные тати
там новые мучители из лейки поливают ростки
все же не возвращайся, устыдившись своего малодушия
где упоительное чувство покоя? как найти лучшее?
действительно ли мне это нужно? что я получаю взамен?
абсолютно ничего. нас обманывают. зачем?

2014

*
не дают бабе желаемой силы
не дают бедной достать чего не носили
чего не покупывали и чего не нашивали
не так, как люди хотят жить, а как не живали

какова есть, такову рубят и пилят
ворошат, коли силы нет, как колоду в могиле
отворят лизуны языкасты уста в гордыне
запевала высоких стихов затянул, да не вынес

гудят, толсты и низки, басы в гортани
оборвали связки – вынесли, да не взяли
не довесть до конца, не пролезть, хоть кряхти, хоть тресни
многих могая баба вместить, да не вместит

тяжелу ношу сверх мочи возьмёт спереду и сзади
если есть на что сесть, поднатужит живот и сядет
говорит: не могу, не смею, не понимаю
а сама месит тесто по локоть и сливки губой снимает

не умеешь бабу понять – опять твоя воля
своих прихотей господин, держи себя строже
или хочешь, как хочешь, а не хочешь
ходячему – путь
добрые люди научат – плутовать
а бабы не миновать

2014

*
за ушами леденцы,
на сосочках бубенцы,
расписные плечики,
на руках колечики,
шоколадная спина
пополам разделена
с белою начинкой
на две половинки,
грудки взбиты высоко,
в них парное молоко,
а под ними брюшко –
сладкая ватрушка,
мёдом смазаны уста,
между ног горит звезда


Поделиться