Создательница курса Samara de las Heras Aguilera в интро ко второй теме рассказала следующее: Насилие раньше рассматривалось как личное дело каждого. Сейчас мы понимаем, что это глобальная проблема, структурный феномен. Все женщины страдают от насилия в большей или меньшей степени. Изучая формы насилия, мы можем понять, как они влияют на каждую из нас, осознать, на каких уровнях общество реагирует на насилие, и где требуется больше противодействия. Есть формы насилия, которые пока одобряются законом, микромачизмы, привычное повседневное насилие – все они поддерживают отношения власти в обществе. Обвинить в насилии через суд очень сложно – не потому, что доказательств нет, а потому что судьи некомпетентны и не могут обнаружить этот вид насилия.

Основные материалы занятия:

Документальный фильм “Чемодан Марты” Гюнтера Швайгера (2013) – я упоминала о нём в статье 2016 года Гендерное равенство в Испании. Лента рассказывает о физической и психологической разрушительности гендерного насилия, особенно в сочетании с культурными стереотипами, а также о том, что насильник, оказавшись на свободе после срока за попытку фемицида, социализировался, не раскаивается в содеянном и по-прежнему представляет угрозу для жертвы, Marta Anguita. Закон об охране жертв был принят спустя три года после эпизода и государство не защищает конкретно эту жертву, Марту и тысячи других. Миф, который озвучивается в фильме – насильники это люди из неблагополучных классов. Агрессор, пытавшийся убить Марту – образованный и состоятельный человек, который работал фармакологом. 95%  жертв фемицида в Европе гибнут при попытке уйти от насильника.

Статья испанского психотерапевта Luis Bonino в феминистском журнале Pikara про мМ, или Микромачизмы: Micromachismos, 25 años después . Algunas reflexiones (2017). Луис рассказывает, как изучал вредное воздействие мужчин на некоторых женщин, придумал и начал разрабатывать этот термин в 90-х. Незаметные, невидимые, нормализованные формы насилия приводят к порабощению женщин, к утрате ими возможностей к самореализации. “Признание нашей уязвимости, участие в домашнем хозяйстве и воспитании детей, самоопределение в качестве “феминиста” или притворное участие в демонстрациях против гендерного насилия не обязательно делает нас равными в нашей повседневной практике.” “Моя цель состоит в том, чтобы способствовать простому и прямому отказу от конкретных выгод и привилегий, которые патриархальная культура присуждает нам за признание мужчиной при рождении и которые поддерживаются существованием женщин.” Статья заканчивается рассуждениями о пост-мачизме.

Постмачизм – это более тонкий способ продолжать поддерживать неравенство, чем мачизм, который благодаря работе миллионов феминисток по всему миру утратил способности к маскировке. Постмачисты говорят, что неравенства не существует, а есть только возможности и способности каждого, поддерживают теорию феминистского заговора. См. также Post-machismo, gender violence, and opinion dynamics in digital media.

Что говорят неомачисты(из статьи психолога Marta Güelfo Márquez, 2015):

1. Я не феминист или мачист, я верю в равенство. 

Феминизм и мачизм – несопоставимые категории. Феминизм – это движение, которое требует равных прав между мужчинами и женщинами. Мачизм – система убеждений превосходства мужчин по отношению к женщинам.

2. Мужчины тоже страдают от гендерного насилия.

Женщины не являются источниками гендерного насилия по отношению к мужчинам, потому что нет идеологической и культурной системы, угнетающей мужчин. Гендерное насилие возникает в паре или по отношению к бывшей партнёрше, направлено от мужчины к женщине, укоренено в патриархате, андроцентризме, чувстве одержимости и традиционной идее романтической любви. Это социальное явление, которое обнаруживается во всех культурах.

3. Есть много ложных жалоб.

По данным испанской Генеральной прокуратуры штата, процент ложных жалоб на гендерное насилие составляет 0,018%.

4. Ты – радикальная феминаци.

Слово феминаци было изобретено неомачизмом, чтобы демонизировать и высмеивать феминистское движение. Это слово использовалось известными неомачистами, такими как Артуро Перес-Реверте, для нападок на феминизм.

5. Инклюзивный язык – это нонсенс.

Использование языка важно в том смысле, что мы строим наше мышление и наше ментальное представление благодаря речи. То, что не названо – не видно, а то, чего не видно – не существует. Наш язык регулировался на основе доминирующих патриархальных и андроцентрических социальных и культурных ценностей, и именно поэтому он должен подвергаться сомнению. Использование женского и мужского в качестве аргумента в любом существительном является попыткой высмеять несексуалистский язык, который не имеет оснований, поскольку нет необходимости различать пол в тех существительных, которые не имеют биологического пола или пола.

6. Ты страдаешь от феминизма.

Бывает, что нам приходит бороться за свои права в любой области жизни.

7. Это не преследование, это комплимент.

Комплимент – это что-то приятное, что говорится человеку, которого вы знаете и уважаете и с целью поощрения и удовлетворения того, к кому вы проявляете привязанность. Свистеть и / или кричать на неизвестной женщине на улице, что-то, связанное с ее внешностью, ее телом и ее одеждой – словесное преследование.

8. Мне все равно, мужчина это или женщина, важен сам человек.

Из-за проблем, связанных с образованием, социализацией, стереотипами вполне вероятно, что ведущая роль, лидерство и власть организаций в конечном итоге станут мужскими. Инструменты контроля ​​поощряют более равное и представительное участие.

9. Должен быть и мужской день.

ООН провозгласила Международный день трудящихся женщин 8 марта. Он ознаменовывает борьбу работающих женщин, которые отстаивают свои права и равенство в обществе. В настоящее время мы все еще живем в обществе, которое угнетает женщин и в котором неравенство на рабочем, экономическом, политическом и семейном уровнях продолжает проявляться, поэтому мы продолжаем бороться и отстаивать свои права каждый день и особенно 8 Марта.

10. Мы уже достигли «равенства».

Политическая непредставленность, разрыв в оплате труда, фемицид, стеклянный потолок, обслуживающий труд говорят нам прямо противоположное: мы живем в неравном обществе.

Статья о Мачисткой глобализации (Lucía Egaña Rojas, 2012) – о травле севильской феминистки Алисии Мурильо, которая сделала проект “el cazador cazado”. “Проект состоял только в том, чтобы реагировать на издевательства (слова, т.н.“комплименты”, непристойные взгляды, неадекватные комментарии мужчин), снимая разговор со сталкером на телефон, разъясняя ему, что то, что он делал, не является ни уместным, ни приятным, ни тем более забавным. Ответы, которые получала Алисия, были ярким примером того, как эти виды нападений полностью натурализованы в общественном уличном пространстве, а также во многих других.” Алисия публиковала видео в своём блоге, после чего ей стали поступать угрозы по телефону и через все социальные сети. В социальных сетях поднялась волна оскорблений, которые сопровождались #TodxsConAliciaMurillo. Травлю организовал сайт ForoCoches, опубликовавший номер телефона феминистки. Ютуб удалил видео Алисии. Патрисия Сигуэро назвала такое поведение мачо-троллей виртуальными синяками, а Лусия Рохас террористический патриархат и экстремальный мачизм. Месседж был понятен – ни одна женщина не может осмелиться опубликовать видео с домогательствами. Тысячи оскорбительных комментариев обрушились на всех, кто высказался в поддержку Алисии – heroinadeloperiferico и pikara.

Одна из участниц курса порекомендовала видео от Yolanda Domínguez. Оно о том, Никому не нравится встречаться лицом к лицу со своим мачизмом.

 

Видео о приставаниях во время приёма на работу – без подробностей, чтобы не раскрыть сюжет. Английские субтитры.

Далее – статья Амнистии про сексуальные и репродуктивные права, которую я не нашла на русском (вы можете перевести в онлайн-переводчике). Амнистия поддерживает проституцию и сексуальное рабство, но автор статьи забыл упомянуть про это. В том, что касается изнасилований, ранних браков и запретов абортов текст хорош и содержит много фактов.

Мультфильм о согласии на секс:

Статья “Феминицид и патриархат” (2016). Она написана для El Diario директором сайта Feminicidio.net Graciela Atencio. Feminicidio.net собирает данные о гендерно-мотивированных убийствах в Испании с 2010 года. “Как верно Виктория Сау (Victoria Sau) требовала от ООН всемирного признания и окончательной отмены патриархального порядка. Это было в 2009 году. Экофеминистка Вандана Шива (Vandana Shiva) повторила в интервью несколько месяцев назад, что патриархальная система должна быть остановлена, прежде чем она уничтожит планету. О необходимости срочных действий говорила Берта Касерес … ставшая жертвой политического фемицида за охрану реки: «Давайте проснемся! Давайте пробудим человечество! Нет времени. … мы созерцаем только самоуничтожение из-за капиталистического, расистского и патриархального грабежа… Некоторые люди, составляющие половину вида – мужчины – систематически нарушают права людей другой половины вида – женщин: насколько трудно принять эту глобальную реальность?”

Крайне полезная статья “Насилие институциональное и насилие гендерное” (Encarna Bodelon, 2014) pdf (вы можете перевести документы  pdf при помощи яндекс-переводчика) о том, что гендерное насилие подпитывается
институциональным насилием, действиями или бездействием со стороны государства и его представителей. Говорится, что существует венесуэльский “органический закон о праве женщин на жизнь без насилия”. Что стереотипы затрагивают право женщин на справедливое судебное разбирательство и что судебные органы не должны применять негибкие стандарты, основанные на предвзятых представлениях о насилии в семье. “Насилие со стороны мужчин – это не травмы, это не просто травмы, они не имеют ничего общего с тем, что в уголовной сфере называют “травмами”. Эти увечья являются насилием по признаку пола, насилием со стороны мужчин, насилием против женщин. Упоминается мысль Альды Фацио: “Следует использовать категории и методологии, которые раскрывают, а не скрывают отношения мужского доминирования и женского подчинения”. “Молчание женщин и их бегство из уголовной системы – симптом того, что уголовная система по-прежнему не может эффективно защищать женщин , страдающих от гендерного насилия.” Экономическое насилие не всегда заключается в прямом контроле финансов. Приводятся слова жертвы, , которая более десяти лет работала в банке и пропустила два года из-за насилия. “Дело в том, что после избиения вы не можете встать на следующий день и пойти на работу. И это были не только удары, это были слова, которые  меня обижали, и обстоятельства, которые были публичными и позорными (…) теперь я вижу последствия, снова выйти на рынок труда очень сложно. Что я скажу, если меня спросят, почему я не работал два года? Что мне ответить? Что я была больна психологически? ( … ) Я был очень доволен своей работой, в банке я поднимался и чувствовал себя довольным и очень выполненным. И теперь я здесь безработная, хотя говорю на 4 языках”.

Документальный фильм rtve о мачистском насилии “Мачизм, которого не видно” (“El machismo que no se ve“). О том, что В фильме есть линия урока в школе – учитель рисует пирамиду насилия, в основе которой лежит идея о мужском превосходстве, следующий уровень – символическое насилие (созданная 200 лет назад идея о романтической любви патологическая, требует культурной демонстрации, ревность – форма насилия, контроля), затем психологическое, физическое (учитель рассказывает, что 98% случаев гендерного насилия – мужчины против женщин, что в Испании с 2010 по 2014 по неполным данным 700 женщин были убиты интимными партнёрами или бывшими интимными партнёрами).

В этом фильме есть кадр, который заставил меня вспомнить, что на этом этапе обучения я не понимаю, являются ли слова неомачизм и постмачизм синонимами.

 

 

Следующий текст  ONZÁLEZ, JOSUÉ (2016) “Hablemos sobre las violencias machistas” не показался мне содержательным. Основная идея была в том, что мачистское насилие вредно не только женщин, которые непосредственно страдают от него, но и обусловливает жизнь тех, кто не вписывается в гендерные роли, навязанные гетеропатриархатом.

GAREDA, NOELIA (2015) написала текст о принудительных браках как форме гендерного насилия и результате пересечения дискриминаций “El problema de los matrimonios forzados como violencia de género”  pdf – интересные идеи этого текста – о том, что считать браком с учетом критики романтической модели и культурных различий, что считать согласием – принуждением, кто принуждает, кто способен дать согласие, что принудительный брак не сводится к проблеме религиозной или миграционной.

Далее в методичке приводится айсберг гендерного насилия, разработанный МА. Я использовала его и другие похожие рисунки при разработке русскоязычного айсберга.

Весь курс:

Тема 1 Насилие в отношении женщин: реалии, мифы и предложения для действий

Тема 2 Проявления насилия над женщинами (вы находитесь на этой странице)

Тема 3 Предотвращение гендерного насилия

Тема 4 От жертв к выжившим: от защиты к восстановлению

 

Поделиться